Глава 13. Советские евреи: групповой портрет к началу эмиграции

Согласно переписи 1970 года в Советском Союзе проживало 2,151,000 евреев. По сравнению с переписью 1959 года их чис­ленность сократилась на 5.2 процента. Евреи оказались единст­венной крупной национальной группой в СССР, постоянно сок­ращавшей свою численность, и это происходило еще до начала массового выезда.[1]

Большинство евреев были сосредоточены в западных обла­стях Украины (500 тысяч) и Белоруссии (148 тысяч), в Мол­давии (98 тысяч), республиках Прибалтики (65 тысяч), Грузии (55 тысяч), в Москве (250 тысяч) и Ленинграде (156 тысяч)… Двадцать четыре процента еврейского населения составляли люди с высшим и средним специальным образованием. По это­му показателю они прочно занимали первое место, опережая (на душу населения) русских в девять раз, украинцев – в двенадцать раз, белорусов – в семнадцать раз.[2] Евреи в высшей степени урбанизированы. По переписи 1959 года менее пяти процентов из них проживали в сельской мест­ности. Значительное еврейское население сконцентрировалось в таких городах, как Одесса (более 100,000), Харьков (около 80,000), Днепропетровск и Рига (по 35,000), Львов, Черновцы, Житомир, Гомель, Винница, Ростов, Горький, Куйбышев, Свер­дловск, Челябинск, Витебск, Бобруйск и Могилев. В Советском Союзе насчитывалось свыше 60 населенных пунктов, в которых еврейское население превышало 10,000 человек.

1,733,183 евреев (76.4процента – по переписи 1959 года) наз­вали русский язык родным. Около 23,000 назвали родным язы­ком украинский, около 25,000 – грузинский, около 20,000 – тад­жикский. Только 403, 900 (около 18 процентов) назвали родным языком идиш. К 1970 году это число сократилось до 17.7, и это притом, что многие называли идиш родным языком не потому, что они им пользовались, а чтобы подчеркнуть свою националь­ную идентичность. Наибольший процент говоривших на идише находился в Литве (69%), Молдавии (50.3%) и Латвии (48%) – в основном, представители старшего поколения.

В наибольшей степени сохранили еврейский образ жизни, традиционную семью и связь с еврейской общиной и синагогой грузинские, бухарские и татские (горские) евреи, относящиеся к неашкеназской ветви советского еврейства.

Подавляющее большинство, подобно остальному населению Советского Союза, было нерелигиозным. Оно оторвалось от тра­диционного образа жизни и общины, с успехом впитало русскую культуру и не имело возможности познакомиться со своей соб­ственной. В этих условиях многие перестали понимать, чтó озна­чает их еврейство, кроме происхождения и соответствующей от­метки в паспорте (“евреи без еврейства”, называли их в Израиле в первые годы после эмиграции).

Есть фундаментальная разница в определении еврея на Западе и в Советском Союзе. На Западе национальность это гражданст­во: в Америке еврей, как и все прочие, американец, во Франции – француз, в Англии – англичанин. Он еврей в силу определенных культурных и религиозных предпочтений. При этом в официаль­ных документах не указывается этническое происхождение или религиозная конфессия. “Быть евреем (на Западе) является делом добровольным – человек становится евреем или перестает им быть по своему желанию (численность еврейского населения оп­ределяется там по принадлежности к одной из тысяч синагог, од­ной из многих сотен еврейских организаций или по участию в ев­рейской общинной благотворительности)… в Советском Союзе еврей – это национальность”,[3] это данность, с которой человек живет всю жизнь. Она определяется этническим происхождени­ем родителей, и изменить ее очень сложно.

Национальность записывалась в паспорте в пункте под номе­ром пять (знаменитый пятый пункт). Граждане были обязаны по­стоянно иметь его при себе и предъявлять в различных инстан­циях и ситуациях. В условиях государственного и бытового ан­тисемитизма это серьезно усложняло жизнь евреев. Неудивитель­но поэтому, что многие прилагали усилия изменить нежелатель­ную запись себе и своим детям, воспользовавшись анархией во­йны, переселений или просто с помощью подкупа. В случае сме­шанных пар, превышавших пятьдесят процентов (перепись 1970 года), дети могли легально выбрать себе нееврейскую националь­ность. Нельзя сказать, что это сильно облегчало им жизнь, поско­льку во многих случаях родословная прослеживалась, да и били “не по паспорту, а по физиономии”.

Для значительной части населения еврейство имело отрица­тельную коннотацию. Положение изменила Шестидневная вой­на, разрушившая ряд мифов, создававших негативный облик ев­реев. В результате начался обратный процесс: часть евреев, запи­санных русскими, особенно среди молодежи, стали бороться за восстановление записи еврейской национальности. Зачастую они хотели продемонстрировать этим протест против официальной политики и солидарность с Израилем, куда многие намеревались репатриироваться.

Наибольшим изменениям подверглись евреи, ставшие объек­том революционных преобразований с первых лет советской вла­сти. Они составят первую группу нашего рассмотрения. Несколь­ко особняком среди них стоят восточные евреи Грузии, Дагеста­на и республик Средней Азии, которые хоть и прошли весь путь, начиная с Октябрьской революции, но, в силу определенных по­литических причин, о которых ниже, находились под значитель­но меньшим антирелигиозным и антинациональным давлением властей. Они составят вторую группу в нашем рассмотрении. Еще одну, третью группу, составят евреи западных областей Ук­раины, Молдовы и Прибалтийских республик, присоединенных к Советскому Союзу в результате Второй мировой войны и к опи­сываемому периоду находившихся под советской властью на протяжении одного поколения.

Первая группа составляла восемьдесят два процента еврейского населения и была наиболее высокообразованной и ассимилирован­ной его частью. Мы уже рассмотрели некоторые из ее параметров. Эмиграция из этой группы будет относительно незначительной и составит за пять лет (1971-1975) около 36,000 человек. Половина эмигрантов этой группы отсеется в Вене. Это значит, что через пять лет относительно массовой эмиграции около одного процента от этой группы приедет в Израиль, а девяносто восемь процентов про­должит жить в Советском Союзе. Кроме того, около трех тысяч человек, относящихся к этой группе, позднее покинут Израиль.[4]

Вторая группа по переписи 1970 года насчитывала около 120,000 человек, что составляло около 6 процентов еврейского на­селения. Легенды, передаваемые из поколения в поколение, связы­вают их происхождение с десятью коленами, изгнанными ассирий­цами со Святой Земли около 2,700 лет тому назад. Районы их рассе­ления на южной и юго-восточной периферии СССР были аннекси­рованы Россией только в девятнадцатом столетии. Грузинские ев­реи живут среди грузин-христиан, сохраняющих сильные религиоз­ные и культурные традиции. Грузины приняли христианство нам­ного раньше русских, всегда гордились своей древней культурой и терпимо относились к евреям, находившимся в их среде. Две дру­гие подгруппы – горские и бухарские евреи – живут среди мусуль­манских народов, также сохраняющих религиозные традиции и богатое культурное наследие.

В первые годы большевистского режима в этих районах под­нялись мощные антирусские движения, ставившие своей целью национальную независимость от России. Советский режим пода­вил движения сопротивления с большими военными потерями. Для умиротворения местного населения и из страха перед продо­лжением сепаратистских беспорядков большевики сформулиро­вали специальный подход к этим регионам, называвшийся “Вос­точной политикой коммунистической партии”.

Восточная политика проявляла большую терпимость к мест­ным традициям, включая религию. Ликвидация религиозных структур здесь осуществлялась медленно и осторожно, не дости­гая уровня России, Украины и Белоруссии даже на втором деся­тилетии советской власти. Такая специальная политика применя­лась также по отношению к местному еврейскому населению. В результате попытки секуляризировать еврейскую культуру в этих районах достигли лишь очень небольшого успеха.

Было бы, конечно, преувеличением сказать, что эта группа пришла в наше время как религиозный организм, но она, безус­ловно, придерживалась еврейской религиозной традиции в зна­чительно большей степени, чем другие группы. “В их семьях три-четыре поколения живут вместе под одной крышей или в сосед­них домах. Старейший возглавляет клан. В каждой семье шесть-восемь детей. На трапезу собираются от десяти до двадцати че­ловек, а по субботам и праздникам собирается вместе весь клан. Даже члены компартии делают своим детям обрезание. Свадьбы и похороны осуществляются в полном соответствии с древней традицией, которую соблюдают и стар, и млад. Семьи поддер­живают свои синагоги”.[5] Одним из наиболее важных духовных элементов их традиции является особая привязанность к Земле Израиля как к Святой Земле, данной Аврааму, Ицхаку и Яакову и их потомкам. Первый документ движения за репатриацию совет­ских евреев, ставший широко известным как внутри советского Союза, так и за рубежом, – письмо восемнадцати грузинских се­мей, – пронизан этим духом. Составляя всего 6 процентов от ев­рейского населения, эта группа в первые пять лет массовой эмиг­рации дала 37.3 процента алии – сорок одну тысячу из ста десяти тысяч приехавших. В составе группы практически не было лю­дей, менявших свой маршрут в Вене на какую-либо западную страну.21

Третья группа в 1970 году насчитывала 257,000 человек, что составляло 12 процентов еврейского населения.[6] В этой группе между двумя мировыми войнами функционировали важные цен­тры культурной и общественной активности. С основания неза­висимой Латвии в 1918 году и до фашистского переворота в 1934 году в ней действовал широкий спектр еврейских организаций, сионистских и несионистских, от “Агудат Исраель” до “Бунда”. В столице Латвии Риге начинал свой путь “Бейтар”. В городе суще­ствовала разветвленная образовательная сеть с преподаванием на иврите или на идише. Функционировал театр на идише, несколь­ко еврейских клубов и еврейские газеты. После 1934 года всякая национальная деятельность была запрещена, но на практике бó­льшая часть культурной активности продолжалась до прихода русских.

В независимой Литве также функционировали разнообразные политические организации. После националистического перево­рота 1926 года эта активность продолжалась в полулегальных ус­ловиях, практически не сокращаясь. Несмотря на постоянно рас­тущий антисемитизм, система школ, в которых языками препода­вания были иврит и идиш, активно функционировала. Вильнюс, находившийся тогда на польской территории и возвращенный Литве в 1939 году Советским Союзом, рассматривался как один из мировых центров культуры на идише. Культура на современ­ном иврите также получила развитие. Несмотря на сильную ре­лигиозную нагрузку в системе преподавания, бόльшая часть об­щественной, культурной и образовательной активности в Литве было светской.[7]

В северной Буковине и Бессарабии, принадлежавших между двумя мировыми войнами Румынии, еврейский активизм, глав­ным образом сионистского характера, процветал, несмотря на ча­стые волны антисемитизма. Существовала сеть школ на идише и иврите, функционировала еврейская пресса на идише, немецком и румынском. Значительная часть культурной и общественной активности была светской. Влияние той национальной деятель­ности сохранилось после войны благодаря евреям, пережившим Холокост в русском тылу, в советской армии, в рядах партизан, в гетто или в советских исправительно-трудовых лагерях.[8] Выжи­вшие сохранили знание иврита и идиша, многие молодые люди росли в семьях, оберегавших досоветские культурные традиции.

Даже евреи, поселившиеся в этих районах после войны, испы­тывали влияние местных евреев и приобщались к их взглядам. Неудивительно поэтому, что уже в пятидесятых годах Вильнюс стал одним из центров еврейского культурного возрождения, а Рига стала одним из центров сионистской активности. В целом третья группа значительно меньше восточных евреев отличалась от окружающей ее социальной среды. Составляя 12 процентов еврейского населения, эта группа за первые пять лет массовой эмиграции дала 46.3 процента алии – пятьдесят одну тысячу че­ловек. У нее был очень небольшой отсев в Вене и из Израиля – по одному проценту.[9]

Дополнительные штрихи к групповому портрету советских евреев можно получить из несколько неожиданного источника. В 1972 году в Советском Союзе готовились к первому визиту аме­риканского президента Ричарда Никсона. Советское руководство было информировано об активности еврейских организаций Аме­рики накануне этого визита, часть советских руководителей ис­пытала эту активность на собственном опыте. Они знали, что ди­скриминация еврейского населения внутри Советского Союза и ограничения на эмиграцию становились источником постоянной критики. В этих условиях председатель КГБ Ю.Андропов (по ма­тери Файнштейн) отправил в ЦК КПСС ряд справочных матери­алов “для возможного использования на пресс-конференциях для иностранных журналистов в период пребывания в Советском Со­юзе президента США”.[10] Справка на двадцати страницах была подготовлена начальником пятого управления КГБ Бобковым.28

Воспользуемся выдержками из этих материалов (язык ориги­нала):

“Секретно

СПРАВКА

…В настоящее время евреи представлены 521 тысячей специа­листов народного хозяйства (3.5% всех специалистов СССР)…

110.1 тысяч евреев – студенты высших учебных заведений, что составляет 5.12% всего еврейского населения страны. По общему числу студентов высших учебных заведений евреи занимают пятое место среди народов СССР. 63.7 тысячи представителей еврейской национальности работают в области науки, что составляет 7.2%. Из них 3.5 тысячи – доктора наук, 20 тысяч – кандидаты наук, 5.5 ты­сяч – аспиранты. По численности научных работников евреи зани­мают третье место после русских и украинцев. По численности до­кторов наук – второе место после русских.

Среди депутатов Верховного Совета СССР, Верховных советов республик и местных Советов около 8 тысяч евреев.

Высшего отличия – звания Героя Советского Союза удостоены 117 человек еврейской национальности, Героя Социалистического труда – 71 человек, в том числе дважды Героя Советского Союза – 2, дважды Героя Социалистического труда – 4, трижды Героя Со­циалистического труда – 3 человека.

За отвагу, проявленную при защите социалистического Отечес­тва, за трудовые достижения и успехи в развитии науки и искусства в общей сложности 339 тысяч евреев награждены орденами и меда­лями СССР.

Почетное звание лауреата Ленинской премии в области литера­туры и искусства получили в стране всего 116 человек, из них евре­ев – 11 человек; в области науки и техники – всего 955 человек, из них евреев – 105 человек. Звание лауреата Государственной премии в области литературы и искусства получили в стране всего 1781 че­ловек, из них евреев – 213 человек; в области науки и техники – всего 9272 человека, из них евреи – 1180 человек.

Значительное количество лиц еврейской национальности занято в литературе и печати (9.8%), искусстве (8.13%), медицине (5.8%)…

Только в 1971 году массовым тиражом издано собрание сочине­ний ШОЛОМ-АЛЕЙХЕМА, переведено с идиш на русский и дру­гие языки народов СССР более 300 книг еврейских авторов общим тиражом 40 миллионов экземпляров.

В Москве на языке идиш издается литературно-художественный журнал “Советиш Геймланд”, в Еврейской автономной области – газета “Биробиджанер штерн”, распространяемые в стране и за ру­бежом. Действуют народные еврейские театры в Биробиджане, Ви­льнюсе, Каунасе, Риге и Кишиневе, драматическая труппа в составе “Москонцерта”. В театрах и концертных залах страны регулярно выступает Московский еврейский драматический ансамбль под ру­ководством заслуженного артиста РСФСР Б.ШВАРЦЕРА, ансам­бль “Блуждающие звезды” под руководством А.ГУЗИК, музыкаль­ная группа СИДИ ТАЛЬ, театральный ансамбль малых форм под руководством Э.РОЙТМАН…

В местах со значительным количеством еврейского населения – в Москве, Ленинграде, Киеве, Вильнюсе, Риге, Кишиневе, Тбилиси, Кутаиси, Одессе и других городах имеется около 100 синагог. По­мимо этого в больших и малых населенных пунктах, где живут ве­рующие евреи, существует более 300 миньонов. При Московской хоральной синагоге действуют духовная школа (иешибот) по под­готовке служителей религиозного культа и механизированная пе­карня по выпечке мацы. Только в 1972 году в этой пекарне было выпечено более 100,000 кг мацы…

НАЧАЛЬНИК УПРАВЛЕНИЯ КОМИТЕТА ГОСБЕЗОПАСНОСТИ при СОВЕТЕ МИНИСТРОВ СССР

/БОБКОВ/

10 мая 1972 года”

Приведенные в данной справке статистические данные пока­зывают, что еврейское население Советского Союза все еще иг­рало важную роль в экономической, культурной и научной жиз­ни страны.

Эти данные были призваны, естественно, создать у высоких гостей и журналистов благоприятное впечатление о положении еврейского меньшинства. Они хорошо иллюстрируют, каким об­разом советской пропаганде удавалось в течение стольких лет дурачить западных интеллектуалов и левые движения, среди ко­торых был высокий процент евреев. В этой справке ничего не го­ворится о национальной кадровой политике, т.е. принудительной замене евреев на местные национальные кадры, в ней умалчивал­ся о процессе вытеснения евреев из целого ряда областей деяте­льности. Она ничего не говорит о проблемах молодого поко­ления, сталкивающегося с процентными нормами при поступ­лении в ВУЗы, дискриминацией при поступлении на работу и огромном прессе государственного и бытового антисемитизма, достигшего после Шестидневной войны уровня настоящей про­пагандистской вакханалии.


[1] По материалам: “Еврейская эмиграция в свете новых докумен­тов”, Б.Морозов, Центр Каммингса, Тель Авивский Университет, 1998, справка КГБ для ЦК, 1972 год, Документ 41, стр.139.

[2] Leonard Schroeter, “The Last Exodus”, “Weidenfeld and Nicolson”, Jerusalem, 1974, стр.14.

[3] По материалам: Михаил Занд, “Судьба, цивилизация, алия”, “В поисках себя”, стр. 24-27.

[4] По материалам: Михаил Занд, “Судьба, цивилизация, алия”, “В поисках себя”, стр.27.

[5] Евреи, приехавшие туда после войны из советской до­военной территории, не включены в эту группу.

[6] Большинство еврейских общественных, культурных и полити­ческих лидеров было арестовано и заключено в исправительно-трудовые лагеря после того, как эти районы были аннексированы Советам Союзом.

1. [7] По материалам: Михаил Занд, “Судьба, цивилизация, алия”, “В поисках себя”, стр. 25-28.

[8] “Еврейская эмиграция в свете новых документов”, Б.Морозов, Центр Каммингса, Тель Авивский Университет 1998, справка КГБ для ЦК, 1972 год, стр. 136.

[9] Там же.

[10] “Еврейская эмиграция в свете новых документов”, Б. Морозов, Центр Каммингса, Тель Авивский Университет 1998, документ 41, стр139-140.

Комментарии запрещены.